Испугавшись, что иду по велосипедной дорожке, судорожно прыгнул вправо. Затравленно оглянувшись, вспомнил, что бояться мне нечего, ведь я — дома!
Баба в форме, тыча во вход для белорусов, грозно кричит: «Так, граждане России на второй этаж!» и, плавно отводя руку в сторону, ласково добавляет: «А иностранные граждане — сюда».
Что-то я соскучился по родине.
Я хочу сказать большое спасибо мистеру Лурману за то, что уже второй раз он знакомит меня с совершенно неинтересными мне вещами в невероятно увлекательной форме. Вначале был «Мулен Руж» — первый (и последний) мюзикл, который мне не просто понравился, а увлек, захватил, унес в вихре пенных юбок и неподдельных страстей.
А теперь американский роман. Американские романы (и, в особенности, снятые по ним драмы) трудно упрекнуть в сложности или какой-нибудь там запутанности. Гатсби — не Вронский, а Дэйзи — не Каренина: их линия проста и прозрачна, как американский учебник по экономике. «У Джея 5 яблок, а у Тома 2 яблока, но еще есть яблочный садик. С кем останется Дэйзи?». Да сразу понятно, с кем, она же американка, плоть от плоти, тут интереснее другое: какие там наряды, какая там музыка, интерьеры, oh my! Вечеринки сняты так, что хочется немедленно обвеситься стеклярусом, чтоб аж до пола, и пуститься в пляс, прямо в кинотеатре! А Дикаприо, он ведь снова в романтической роли, шельмец, хотя и зарекался. Зарекался, да не сдержался — и слава богу, потому что у него это действительно получается очень хорошо, сопереживаешь каждому изменению его необычайно пластичного face.
Выйдя из кинотеатра, некоторое время шли молча. А потом Марина вдруг сказала: «Он задал ей самый неправильный вопрос, который можно было задать».
И тихонько добавила: «Козел». Обязательно надо посмотреть, я считаю.
Из последнего письма моей мамы:
«… и в отзывах пишут, что чисто и находятся в центре. Слушай, ну что бы я делала без интернета? Кайф получаю даже просто подбирая маршрут. Я теперь закачиваю в тилипон инфу про эти города и их достопр-ти и читаю в метро.»
Тилипон — это айфон, а письмо она писала в айпаде, а маршруты разрабатывает для себя и своих подружек — одна длинненькая и две коротеньких, вместе дамы колесят по Украине. Недавно они смотались в Умань, а сейчас, из Львова, она бронирует любимый Бристоль в Ялте. «Сына, как думаешь, если я напишу бристольскому директору, чтоб дал нам скидку, как постоянным гостьям, он даст?» — волнуется мама в iMessage. Еще перед своим отъездом в Петербург думал ее устроить в турагенство, заниматься тем же, но за деньги. Но оказалось, что никому не нужны любящие свое занятие люди, всем нужны улыбчивые письки из Инжэка; считается, что те своим приподнятым бюстом настроением создают «эксклюзивную атмосферу непринужденного элитного отдыха». (Атмосфэра, на радость современным Змеюкиным, сейчас в бóльшей цене, чем сама услуга.)
А вообще моя мама — профессиональный модельер-закройщик, она умеет шить прекрасные вещи высочайшего качества. Кривые и горбатые, толстые и тонкие выходили от нее стройными и подтянутыми; после нее даже у бабы-дирижабль появлялась — сейчас даже не верится — настоящая талия. Сейчас мама не шьет: с некоторых пор шить на заказ стало считаться способом сэкономить — немыслимый кульбит в головах произошел после после очередной революции.
Моя мама живет в стране улыбчивых писек и заброшенных ателье. Одно время она хотела переехать в Питер, в Питере еще помнят об ателье (в Питере вообще о многом помнят), но не может: она там никому не нужна — говорящая на русском языке, рожденная в Екатеринбурге, она там иностранка.
Разруха уже даже не в головах — разруха пустила метастазы и стала неоперабельна. Так жаль.
Здравствуйте Сергей,
Ваше резюме мне попало видимо с интернета
В нашу компанию сейчас требуется web дизайнер
Работа в Москве, зарплата от 55 тыс. руб в мес.
Заинтересует , пишите
Отвечу подробней
Всего хорошего
В.А.Отто
—
Уважаемый В. А. Отто. Меня очень заинтересовало, как (и где) прожить в Москве на 55 тыс. руб в мес. Если вам вдруг (с интернета, например) попадет эта информация, поделитесь ею, пожалуйста.
С уважением,
Сергей Ильин.
—
В Москве Вы можете снять комнату до 15000 руб. в мес.
Если нужна будет помощь в этом вопросе, поможем
Доброго дня
Виталий Анатольевич Отто
—
Уважаемый Виталий Анатольевич.
Если я буду жить в Москве в комнате за 15000 руб. в мес., боюсь, вам прийдется помогать мне очень часто, в этом и многих-многих других вопросах.
Опасаясь, что такие отношения быстро станут чрезвычайно обременительными, я вынужден отказаться от вашего предложения.
С уважением,
Сергей Ильин.
—
ЕСЛИ ВЫ ХОТИТЕ ЧТО БЫ ВАМ ПЛАТИЛИ БОЛЬШЕ НУЖНО ЗАРЕКОМЕНДОВАТЬ СЕБЯ, ПОКАЗАТЬ СВОИ СПОСОБНОСТИ А ПОТОМ ЗА ТАКИЕ ДЕНЬГИ И МЕСТНОЕ НАСЕЛЕНИЕ ХОРОШО РАБОТАЕТ, ЭТО ВАМ К РОЗМЫШЛЕНИЮ
НУ ЧТО ЖЕ ТОГДА УДАЧИ ВАМ
—
Уважаемый г-н Отто. Нет необходимости писать все сообщение прописными буквами, это затрудняет чтение и выставляет вас в невыгодном свете.
Что же касается рекомендаций, они у меня есть, просто по какой-то причине вы не потрудились их разыскать.
Если позволите, я дам вам совет: чтобы не попадать впредь в такие ситуации, всегда внимательно относитесь к данным, поступающим к вам из интернета. Например, в резюме наверняка указан мой возраст — т.о. о студенческой зарплате говорить уже неприлично. А если бы вы потратили еще одну минуту своего времени, то узнали бы, что я живу и работаю в Германии и что я ведущий дизайнер в крупной IT-компании.
Конечно, вы бы нигде не нашли мою зарплату, но даже доступные сведения позволили бы сэкономить мое (и ваше) время.
Удачи вам в ваших поисках. И не экономьте на кадрах, поверьте, оно того не стоит.
С наилучшими пожеланиями,
Сергей Ильин
—
с таким гонором мне такие кадры не нужны даже за 100 евро
не вам мне указывать как мне лучше писать
да и давать советы , вы не в том возрасте, вам пока 30
а по поводу того что вы зарабатываете, я эти деньги за один день трачу
если бы вы были поприличнее, вы бы сразу нормально ответили без сарказма
удачи
———
Извинился, конечно. Жалко стало мудака. А еще жальче стало людей, которые на него работают. Спасибо тебе, Сандерс, спасибо тебе, Джетбрейнс. Я вас непередаваемо люблю.
Олег пишет: «Сергей. Где фотографии и восхищенные отзывы о Мюнхене? Где посты в тумблере? Где скорые помощи, блять?»
Дело в том, что Олег очень любит Германию: он изъездил ее вдоль и поперек и единственное место, где он не был — это Мюнхен. Его интерес к моей писанине понятен.
Я же не пишу ничего про Мюнхен, потому что в Мюнхене я пока не был, увы. Пока что я живу в городе Мухино, который, в отличие от Мюнхена, сплошь состоит из мебельных магазинов, прачечных и работы. В центре Мухина — большая Икея, она прекрасна. Смешные шведские названия там удачно дополняются смешными немецкими пояснениями. То есть если раньше KNÖS была «подставкой д/письм принадлежностей» (довольно неудачной, на мой вкус), то теперь KNÖS — это Schreibutensilienfach и делай с ней что хочешь, решительно никаких обязательств.
В прачечную мы ходим как на службу, каждое воскресенье. К миру прачечных мы причастились, когда узнали, что рассрочку на технику нам не дадут. Дотошные немцы сказали, что если виза заканчивается через неделю, то рассрочку на 30 месяцев брать некрасиво. Теперь стираем как в кино, громыхая поддонами и сердито хлопая дверцами коммунальных стиралок. Зато я видел, как немцы складывают свое бельицо — заводская сборочная линия теперь мне кажется метушней, беспорядочной и бессмысленной.
Иногда, конечно, мы совершаем вылазки в Мюнхен. Уже были в двух музеях, а вчера, например, Юля и Юра вывезли нас в настоящий мишленовский ресторан — мы ели виноградных улиток, фуа-гра, макали утиное конфи в мерло Haut-Medoc, я говорил с официанткой по-французски, мы много смеялись и если бы не банковские выписки, я был бы уверен, что видел какой-то сказочный сон.
Скоро, говорят, в Мухино придет солнце и Мухино под солнцем растает. Потому что одно дело сидеть в Икее, когда на улице снег с дождем, и совсем другое, когда на улице Мюнхен.
(На фотографии — Мухин. Чтоб не думали, что нам тут совсем скучно.)
В итоге наша квартира вышла немного скромнее Петропавловки. Оказалось, что с петровским барокко в Мюнхене напряженка, а весь модерн (его мы тоже имели ввиду) свален в кучу в районе настолько скучном, что на улицах слышно, как скрипят зубами его жильцы, и не от глистов скрипят, а от скуки.
«Нам эти выкрутасы без надобности» — скрипнули зубами мы и пошли смотреть новострой. Новострой по-немецки всегда выглядит одинаково: это белый параллелепипед. И на Мариенплатц, и за сто первым километром это будет белый прямоугольный параллелепипед, разница только в площади: при сохранении цены, к центру площадь экспоненциально уменьшается. Вся красота таких кубиков спрятана внутри: тут тебе и отопление под полом, тут и окна в пол. Энергосбережение класса А+++, бесшумные лифты, электрические жалюзи (модель «ночь среди бела дня»), подземные парковки и пр., и пр., и пр., имя им легион.
Один раз в таком кубике мы нашли квартиру мечты. В ней все было идеально, вот все-все: техника Miele, лампочки Oluce и даже плитка на полу Villeroy & Boch (они тут говорят, Филлерой). А мы пришли такие, Вятка & Буран, покрутились всем телом (руки в пуховиках не сходятся) и ушли, чтоб больше никогда не вернуться — нас не выбрали. Да, тут не ты выбираешь квартиру, а квартира, сморщив бюргерские, в сеточке морщинок, губки, выбирает тебя.
На самом деле, капризы эти неспроста. После того как ты въедешь в квартиру, вытолкать тебя оттуда практически невозможно. Даже если ты будешь платить не всю сумму, даже если ты не будешь платить вообще, выкинуть на улицу тебя не смогут — закон-с. Оттуда эти совершенно неприличные объемы залога (сумма за три месяца кладется на специальный счет и там на нее еще капают проценты), оттуда эти конские агентские (213%) и оттуда это немыслимое для русской души сватовство, когда тебе, с деньгами, с контрактом, при зарплате и с зонтиком на вате, прекрасному тебе могут показать с порога гарбуза.
Но мы смогли. В результате всех этих мытарств и унижений у нас есть очаровательная, о трех комнатах, квартира, на фотографии она в самом верху, все три окна и еще два, с балконом, с другой стороны дома. В ней еще совершенно ничего нет (квартиры тут сдаются без мебели, а в новых домах — и без лампочек), но мы уже ее очень-очень любим. Как будете в Мюнхене — заходите обязательно. А если не понравитесь — мы вас не пустим: у нас теперь видео-домофон, должна же быть хоть какая-то польза от заморской хреновины.
Обычно по дороге в метро мы с Мариной покупаем кофе: заботливой женской рукой та добавляет мне сахар, размешивает, закрывает стакан, целует меня и смотрит ласково-ласково. Сегодня Марина осталась дома, кофе я покупал себе сам, поэтому остался не только без поцелуев, но и без сахара — бывает. Чуть позже выяснил еще одну деталь, ускользавшую от семейного мужчины, но не ускользнувшую от мужика одинокого: девочки в кофейне не закрывают крышечку на стакане, они ее просто кладут сверху. Целых три станции я был кофейной королевой, в одеянии из кофе и слез. Слезы, впрочем, текли не от кипятка, а от смеха, потому что а) как можно быть таким кретином в 30 лет и б) со всего вагона на меня слетелись фрау с платочками и салфетками, а одна, древняя как первый рейх, фройляйн протянула мне кокетливую тряпицу в кружавчиках и с затейливым вензелем в углу. И улыбнулась мне ласково-ласково.
А как встретили утро вы?
Олька утверждает: «Варить баварские сосиски надо совсем недолго: как только всплывут, сразу выключай». Стоит ли говорить, что вредные колбасы всплывают от одного прикосновения к воде. Но я слушаюсь, Оля живет тут уже 3 года, и по сравнению со мной она уже потомственная баварка, снимает с сосисок шкурку по фотографии.
Я заболел, сижу дома и на обед у меня как раз они — белые баварские сосиски. Вообще, жрать weißwurst после 12 — жуткий моветон. Считается, что если начать варить баварские сосиски после полудня, то у них полопается шкурка, и вместо красивой еды у тебя на тарелке будет какая-то гонорея. Баварские ґадзині так и говорят другу в запале: «Чтоб у тебя все сосиски полопались!» — это ужасное оскорбление. Потом извиняются, конечно.
За три недели я уже научился отличать прекрасные вайсвюрсты от непрекрасных. В непрекрасных нет нежности, чувствуется, что они сделаны из свинины. А те, что божественные, они сделаны из йогурта и альпийских слез, и отрыжка после них нееежная-нежная.
Дорогие фрау и фройляйн. С праздником вас и пусть сосиски у вас всегда будут сплошь прекрасные и никогда не лопаются.
Сегодня Тимофею год.
Коту уже год, а он все равно жрет пену в ванной.
Так получилось, что мы переехали в Германию, причем, не с целью за неделю наесться сосисок до отвалу, обпиться пива до икоты и nah hause — а вообще, насовсем, to жить. Перед отъездом люди спрашивали: «Не страшно?» — а мы только хохотали в ответ. Хохотали, хохотали, потом перестали хохотать, упаковали кота, сели в самолет и прилетели в Мюнхен.
— Вот мы и прилетели домой, — ляпнула вдруг Марихен, глядя в иллюминатор на приближающуюся новую родину. В этот самый момент доперло. Стало жарко, страшно, в какую-то минуту захотелось даже назад, но тут захлопали, радуясь удачной посадке, пассажиры и истерика закончилась, снова стало хорошо и спокойно.
Первое впечатление: они тут действительно немцы. Вчера забирал вещи из аэропорта. Позавчера позвонили: вы должны забрать их в 14:11 ровно. Захотелось приехать в 14:12 и застукать, как они, красные, пыхтящие, суют наше нажитое в шреддер. Но не посмел, забоялся. Или вот, назначили встречу на просмотр квартиры на 18:20. В 18:22 она уже звонит: ВЫ ГДЕ, ВЫ НЕ ПРИЕДЕТЕ, ВЫ УЖЕ НАШЛИ КВАРТИРУ, ЧТО СЛУЧИЛОСЬ! Причем, паникует фрау не из-за того что стоит на холоде и ждет, а из-за того что раз мы не пришли вовремя, значит, мы умерли.
Покупаем проездной: дайте нам на месяц, битте. А баба из окошка говорит нам человеческим голосом: хорошо, только он работает с 1-го марта. Мы такие: ооооо-кееей, давай нам тогда недельный. А она: я-то дам, но только он начинается am Montag. Мы такие: тетя, ты издеваешься? А она такая: кто издевается? Он же недельный. Неделя начинается в понедельник, так? А заканчивается в воскресенье, так? Это же неделя, правильно? И мы стоим пунцовые, уши горят, потому что вот как с ней, с немецкой, спорить?
Попутно ищем квартиру. Квартирки, те что прекрасные, стоят как Петропавловская крепость. А те что дешевле чем крепость, те нам не по душе. В крови у нас, судя по всему, завелся шейх, и арабская гнида портит нам всю малину, не дает согласиться на милых 25 квадратов в подвале. В остальном же цены более чем нежные, особенно после Питера. После Харькова бы, наверное, обомлели, потому что 200 гривен за макароны с супом — это, конечно, дохуя. Но 800 рублей за итальянский обед на двоих — так не бывает!
А еще иногда мы идем, скажем, по улице, и тут Марина меня в бок так — тык! «Серега, — говорит, — а мы здесь живем!». И тогда я выныриваю из всех этих квартир/работ/страховок/банков, моргаю мутным глазом, оглядываюсь, и понимаю, что вот оно, я и правда тут живу, в стране-загранице, по-настоящему, пока смерть не разлучит нас, аминь.
И делается мне от этого неописуемо хорошо.
Серджо Ильичелли «Рождение Жанны» Песок, море. 2013
Вот та зеленая кляксочка на мотобайке — это Марина: она, едва успев пошопится, спешит, сквозь пробки, собираться в аэропорт. Следом я: кроме того что фотографирую и для равновесия щупаю мотосая за филей, я еще везу пакеты; поэтому смазано, простите.
Вообще, после островной жизни, где самое большое приключение — это заблукавший косяк гуппи, Бангкок, безусловно, бодрит. Город, и в обычные дни ненормальный, вчера переживал еще два дополнительных стресса: футбольный матч и слет мотобайкеров. Мы же только водили, онемев, глазами и адреналиновое счастье, недоступное нигде кроме как в оливкой деревне (банг — деревня, кок — оливка), бурлило в нас.
Удивительное чувство, кстати. Сложно объяснить. Вот Мюнхен, например, уютный. Он похож на домашние тапки: простые, мягкие, удобные, не бог весть какой красоты, но и не лишенные своего войлочного очарования.
А Санкт-Петербург, продолжая аналогию, смахивает на дореволюционные бабушкины туфли: потертые, побитые, супинатор ни к черту — носить их решительно невозможно, однако выбросить рука не поднимается: красота несусветная, так сейчас больше не делают.
Бангкок же более всего напоминает туфли-клешни леди Гаги, ходить в которых неудобно, стоять опасно, но блять каким охуенным ты себя в них ощущаешь!
Ленка Матохина. Спасибо тебе большое, что ты показала нам эту прекрасную страну. Сам бы я туда ни в жизнь не поперся, а если бы и поперся, то куда-нить в Патайу, после которой закрыл бы для себя эту сторону света навсегда. А так, 4 отпуска пролетели там как один, и пятый, чую, пройдет недалеко.
Где-то далеко, почти на краю Земли, в самой середине Андаманского моря затерялся маленький островок, настолько маленький, что его нет не только на дурацких яблочных картах, но и на приличных гугловых. В космической интерпретации было видно однако, что островок состоит из двух частей: пляж, на котором мы будем жить и спать, и лесок, по которому так приятно будет гулять в тени после сытного обеда. Жизнь в очередной раз показала козью морду интернету: сверху не видно, что лесок вздернут над морем метров эдак на 50 — гуляй, если залезешь. Территория таким образом сузилась до площади пляжа, т.е. до тридцати квадратов, если верить владельцам этого рая на земле (а больше там верить и некому).
Кормили нас разнообразно: на завтрак у нас были рисовые мюсли с рисовым молоком, на обед курочка с рисом, а на ужин была жареная курица с рисовым гарниром и десерт: шарики из рисовой муки в сладком (так и хочется написать, рисовом) сиропе. Все, впрочем, очень вкусное.
Это был исключительный отдых: начиная с переезда в Питер, это были первые мои 3 дня когда я действительно отдыхал. Я прочел 3 книги, писал, фотографировал, лежал, ничего не делал, затем переворачивался на другой бок и снова не делал ничерта. Было, впрочем, одно приключение: взяли байдарку, сплавали на соседний остров и вокруг своего — чувствовали себя мини-Магелланами.
А на третий день к острову приплыл косяк рыб: то-то радости было, то-то веселья. Рыбки щипали, щекотали, в косяк можно было забегать и даже выбегать: получалось круче чем 3D-кино. Минут 20 бегали, а на 21-ой увидели себя со стороны, быстро упаковались и, прихватив с собой пару бритошек, первой же лодкой (управлял доблестный капитан Му) отбыли на Ко Липе, остров, настолько располагающий к лености, что даже трансвеститы там ходят ненакрашенные (а некоторые даже и небритые).
Если бы растения выпускали фабрики, это точно было бы производство Икеи. Скандинавская скупость форм и поразительная эффективность: как не брось этот фрукт, он все равно падает острием вниз, причем, уходит в песок порядочно, наполовину.
==============
149.–
ПРОРОСТА
растение пляжное
Соломку стелить не надо!
==============
