Хороший кофе
Один хороший человек уехал в одну хорошую страну и оставил другим хорошим людям хорошую кофемашинку. Со временем, другие хорошие люди тоже поехали в хорошую страну (другую) и кофемашинка перекочевала к Гречке, тоже неплохой девочке.
— Гречка, — сказали другие хорошие люди Гречке, — вот тебе кофемашинка. Она очень хорошая, только поломанная немного. Ты ее почини, и будет тебе хороший кофе. Auf wiedersehen, — добавили др. хор. люди, хлопнули дверью своего der Volkswagen и укатили, дымя и бибикая на поворотах.
— Поломанная так поломанная, — вздохнула Гречка и поставила капризный агрегат ровно посреди своей квартиры. Дело в том, что хоть девочка она и неплохая, но все же девочка, и таскать пусть даже хорошие, но конски тяжелые кофемашинки ей не с руки.
— Сергей, — сказала через полгода Гречка своему неугомонному другу, в ответ на вопрос «какого хуя», — это кофемашинка. Она очень хорошая, только поломанная совсем.
Сергей поверил Гречке на слово, взял машинку и поехал на улицу Басейную (чистая правда), через весь город, придерживая слабеющей ручкой выпавшее дно хорошей когда-то коробки. На след. день он ее забрал — ему сказали, что машинка была в идеальном состоянии и посоветовали воткнуть ее в другую розетку например. Сергей, конечно, обрадовался. Гречка тоже очень обрадовалась и, не откладывая, поскакала в клуб этой машинки (да-да, машинка хороша настолько, что у нее даже есть свой клуб).
В клубе Гречку поцеловали в попу и в темя, сплясали вокруг нее танец маленьких кофеварок, подарили красный меч витязя, красный шлем витязя и дали одну капсулу, за так, на попробовать. Будто Данко летела Гречка по Невскому, неся впереди себя заветную капсулу; не разуваясь, забежала в квартиру, домчалась до машинки, всунула, включила. Не дыша смотрели мы (я по скайпу, она вживую), как готовится хороший кофе.
— Боже, Сережа, как же он пахнет, — сказала Гречка, закатила глаза и хорошенько ебнула локтем по несчастной чашечке хорошего кофе.
— Ой — еле слышно сказала Гречка.
— Call ended — бесстрастно написал скайп.
А потом она призналась мне, что три микромоля все же спаслись. И что они были восхитительны.
